HTM
Номер журнала «Новая Литература» за январь 2024 г.

Ирина Ногина

Остановка

Обсудить

Повесть-пьеса

 

Купить в журнале за декабрь 2015 (doc, pdf):
Номер журнала «Новая Литература» за декабрь 2015 года

 

На чтение потребуется 7 часов | Цитаты: 1 2 3 4 5 6 | Скачать в полном объёме: doc, fb2, rtf, txt, pdf
Опубликовано редактором: Игорь Якушко, 20.12.2015
Оглавление

22. Эпизод 8. Фестиваль душ и...
23. День четвёртый (последний). 1 января. Эпизод 1. Кончина белой комнаты...
24. Эпизод 2. Ответ на квартирный вопрос...

День четвёртый (последний). 1 января. Эпизод 1. Кончина белой комнаты...


 

 

 

Кончина белой комнаты. Утренние размолвки.

 

Некоторые ассоциации подобны золотистым шёлковым нитям, вплетённым в шерстяной клубок мысли. Они всблескивают на свету и тут же становятся невидимыми, а если успеть ухватить их и попытаться вытянуть, они рвутся. Бывает, тянешь, осторожно, миллиметр за миллиметром, и всё вспоминаешь то мгновение, когда эта нить впервые блеснула, какой разительной мощью возвысилась над тобой, и невольно теребишь её руками, чтобы вызвать новый всплеск. Но она блекнет и превращается в унылый нейтрон, который ты пытаешься оторвать от ядра атома. Безуспешная попытка ядерного изнасилования осточертевшей мысли, жадная тяга честолюбивого лодыря к дефицитным ископаемым.

Сима шлёпнула кистью по стене. Оранжевое пятно, немедленно обросшее шлейфом, водворилось на стене, среди похожих лоснящихся мазков синего, жёлтого и красного. Ленивые пьяные струйки стекали от них к полу. Сима с ожесточением хваталась то за одну кисть, то за другую, взмахивала ими и перекидывала из руки в руку, как жонглёр. Девственные стены обрастали беспардонными ляпами, как праведник, вкусивший запретное и чем дальше, тем самозабвеннее потакающий греху. Симины веки дрожали. Не в этот раз. Рановато жить в белой комнате. Она ещё чертовски нетерпелива, вода в ней ещё не прокипела, бульбашки взрываются и баламутят её. Вода должна покипеть и отстояться, сравняться с воздухом по температуре – Бог знает сколько лет уйдёт на это.

Стоит появиться точке, и девственная бесконечность поражается относительностью. Относительность распространяется по ней, как плесень по плитке в ванной. Где появляется точка, там появляется отрезок, круг, куб, а затем неправильные многоугольники, тени, абстрактные образы и так далее, потому что всё оно живёт в этой точке, и, высыпаясь из неё в бесконечность, оживает пособниками относительности, как игрушечные солдатики оживали на помощь Щелкунчику. Относительность подобна отчаянию. Она как белка в колесе. Можно свихнуться, если представить, что вечный удел всякого смысла – это бестолковое вращение, на каждом витке которого нам чудится новый образ и слышится ветер перемен. Нет, она не верит, что нет ничего абсолютного. Нужно искать его, пусть бы даже оно было иголкой в стоге из всего мирового сена. Сима хотела искать, но заблудилась в этой белой бесконечности, и вынуждена была создать ориентиры. Она тянула нить, пока не смирилась с тем, что та оборвалась.

Бездна. Между «да» и «нет». Между «получилось» и «не получилось». Даже в самую лучшую погоду с одного края не видно другого её края. Те, кто здесь, никогда не получат представления, как всё обстоит на том берегу. Золотая середина истончается в первом небе. Может быть, выше она существует. Но нет способа продлить её существование здесь. Нет способа сдержать нас от злоупотребления собственной правотой, нет способа защитить нас от злоупотреблений, если мы неправы.

Сима отпрянула от растерзанной стены. Вместо освежающей белизны её душили потоки разноцветных слёз. Нужно оставаться внутри мысли, решила Сима. Только пока ты внутри мысли, она кажется уникальной и безбрежной. Стоит выбраться на берег результата, осознать себя в безопасности, как мы неизбежно начинаем думать, что эта река не имеет никакого значения, как и меры предосторожности, которые можно было бы принять, потому что верим, что нам больше никогда не придётся ступить в эти воды.

Сима отбросила краски и рухнула в кресло. Из окна на скосе крыши ей не было видно ничего, кроме жидкого бледно-серого неба. Праздник растаял. Впереди зима, бесконечная, удушливая, от унылого её течения не удастся спрятаться даже в снег – он так редко у них выпадает. Праздник, на который всегда возлагаешь надежды, что он перевернёт всю твою жизнь или, на крайний случай, оставит тебе что-то такое, от чего твоя жизнь станет приятнее. Эта иллюзия заставляет нас делать крупную ставку, порою играть ва-банк – мы ставим на кон всё, что скопили, всё, что удаётся найти дорогого. Мы даже – если признаться – верим, будто праздник способен избавить нас от зимы, перенести на другую планету, которая не обречена погрязнуть в феврале.

Праздник минул бесследно. Ни новых связей, ни новых взаимодействий, ни новых впечатлений. Теперь она сидела в кресле и подбивала ущерб. Что, в сущности, она поставила на кон? Так ли много? Свою откровенность. Несдержанность. Нарушенное обещание держать себя в руках, избегать показушничества. Чрезмерную глубокомысленность, собственную наивность на забаву прихотливым зрителям. Она обнажилась перед теми, кто считал себя искушённым ценителем нагих душ, но в действительности были праздными ротозеями. Чего она хотела в ответ? Того же, чего и всегда. Того же, ради чего она готова была на жертву. Потрясений. Нового. Другого. Настоящего. Пусть бы чувство, впечатление – что угодно. Но эти люди не оправдали её доверия. Как и сотни или даже тысячи других людей, на которых она когда-либо возлагала надежды, они оказались недостойны её откровений. Но стоит ли так уж разочаровываться, если именно этого в первую очередь ей и следовало ожидать. Разве что только потому, что новый год. И разве только он, в котором привиделось что-то многообещающе непривычное. Но и даже он…

Сима вдруг вскочила с кресла, дёрнула ручку мансардного окна, распахнула его. В комнату влился ледяной воздух, мгновенно пронимая её до костей. Сима ринулась в гардеробную, стащила с полки брюки, сорвала с вешалки пуховик, натянула всё это на себя, кинула в целлофановый кулёк ботинки, швырнула кулёк на кресло, а кресло пододвинула к окну. Влезла на него, попробовала, не слишком ли скользкий снег на крыше, немного расчистила его у края, подхватила кулёк с ботинками, подтянулась и уселась на крыше, свесив ноги в окно. Достала из кулька ботинки, обулась, скинула кулёк в комнату, потом вытащила ноги из окна, прикрыла его, отползла чуть выше и улеглась на спину в снег. Разгорячённый морозом ветер гонял по небу, как футболист по полю. В воздухе пахло морем. Сима почувствовала снежную крошку, проникшую к ней за шиворот, сунула руку в карман, нащупала плеер и улыбнулась.

Михаил Степанович сёрбнул чай из ложки. Елена Филипповна перехватила быстрый, с оттенком недовольства, взгляд Надежды Михайловны, и выразительно посмотрела на дочь. Михаил Степанович снова сёрбнул из ложки. Надежда Михайловна кашлянула.

– Игорь, – проговорила она, состроив глазки. – Расскажи же нам, что там случилось с малым? Почему вы его с собой не взяли?

– Не вздумай при Ане спросить, – предупредил Игорь.

Надежда Михайловна возмущённо округлила глаза.

– За кого ты меня принимаешь? Что я, не соображаю, что ли?

Игорь глотнул чай. Любопытство, быстро подавив в Надежде Михайловне зародыш обиды, подтолкнуло её к дальнейшим расспросам.

– Ну колись, что он сотворил? Ведь точно наказал ты его.

– Я его не наказывал, – с неохотой отозвался Игорь, переглянувшись с Еленой Филипповной. – Ему пора взрослеть, а он от Ани не отлипает. Побудут немного в разлуке – обоим пойдёт на пользу.

– Мама, ты же в курсе, да? – не унималась Надежда Михайловна.

– Понятия не имею, – пожала плечами Елена Филипповна.

– Ну да, – не поверила Надежда Михайловна. – Вы просто сговорились.

– Я его не спрашивала – вот он и не сказал.

– Хорошо, хочешь делать секреты – пожалуйста, – обиделась Надежда Михайловна.

Елена Филипповна насмешливо крякнула. Игорь невозмутимо откусил песочный пирог. Михаил Степанович снова сёрбнул чай.

– Папа! – вскрикнула Надежда Михайловна. – Оставь ты ложку! Почему не пить чай из чашки, как все нормальные люди?

Игорь резко вскинул голову.

– Тебе, Надя, надо провериться, – заметил Михаил Степанович.

– Что? – раздражённо переспросила она.

– Проветриться тебе надо, – повысил голос Михаил Степанович. – Иди погуляй. На морозе успокоишься. А не хочешь на мороз, так, по крайней мере, выйди из комнаты.

Игорь и Елена Филипповна молча посмотрели друг на друга.

– Ты меня выгоняешь из комнаты? – ошарашено спросила Надежда Михайловна.

– Да.

В гостиную заглянула Ксюша.

– Доброе утро, если ещё утро. Приятного аппетита. А Максим разве не спускался?

– Спускался. Он вышел позвонить, – ответила Елена Филипповна. – Ты проходи. Садись завтракать.

Ксюша вошла с деланно смущённой улыбкой. Михаил Степанович невозмутимо сёрбнул из ложки. Игорь кивнул в знак приветствия и, откусив очередной кусок пирога, сосредоточенно, с аппетитом прожевал его. Ксюша подтянула серый кардиган, доходящий ей до середины бедра и открывающий тонкие, одетые в синие леггинсы ноги, и уселась. Волосы её были собраны в хвост, ресницы накрашены.

– Честно говоря, я немного проголодалась, – поглядывая на Надежду Михайловну, рассчитывая повергнуть её в экстаз своим признанием, сказала Ксюша. Но Надежда Михайловна рассеянно молчала.

– Конечно, вчера ты ничего не ела – наверное, боялась переборщить, в итоге осталась голодная, – откликнулась Елена Филипповна. – Надюша, что у тебя есть – предложить Ксюше?

– Да, да, я тебе принесу салатов из кухни, – спохватилась Надежда Михайловна, вскакивая, но не трогаясь с места. – И отбивных. И сырную нарезку. Могу подогреть жаркое, будешь?

– Нет-нет, – испугалась Ксюша. – Я проголодалась, но не настолько! Салат оливье, немного сыра и солёный огурец – этого вполне достаточно. К тому же тут полно всего к чаю – я возьму кусочек пирога.

– Очень вкусный пирог, – облизывая пальцы, похвалил Игорь.

– Действительно, он у тебя получился особенный в этот раз, – добавила Елена Филипповна.

Надежда Михайловна грустно и отчуждённо усмехнулась.

– Спасибо. Хотя Петя считает, что, не будь этого пирога, наш стол ничуть бы не пострадал. Кому нужно всё это разнообразие. Вон – ложка салата, который может приготовить школьник, немного сыра, который продаётся в магазине, и солёный огурец – не отличишь: что из собственных запасов, что из бочки на базаре.

Ксюша сконфуженно потупилась.

– Не обращай внимания, – посоветовала Елена Филипповна. – У Нади традиционная хандра. Праздник кончается…

– Не обращай внимания, кися, – запальчиво подхватила Надежда Михайловна, выходя из гостиной. – Никто ведь не обращает.

– Опять я не угодила, – Ксюша с досадой двинула бровями и самолюбиво взмахнула волосами.

– Дело не в тебе, – возразила Елена Филипповна. – Она на всех кидается.

– Я не давала повода на меня кидаться, – ледяным тоном проговорила Ксюша. – Я не Света и не Сима и не все остальные, чтобы на меня кидаться просто потому, что у кого-то плохое настроение. Тоже мне, пуп земли.

Елена Филипповна прикусила язык. Игорь смерил Ксюшу равнодушным взглядом. Она встала, задвинула за собой стул и, направившись к двери, с демонстративным видом поинтересовалась:

– Куда это Максим так надолго запропастился? Пойду найду его.

Надежда Михайловна появилась из кухни с тарелками. От изумления она замерла в проходе.

– Кисюня, куда же ты? Ты же завтракать собиралась.

– У меня пропал аппетит, – не глядя на неё, резко ответила Ксюша. – Пойду найду Максима. Он собирался уезжать, может быть, пошёл к машине.

– Как уезжать? Куда?! Да нет, он по телефону вышел поговорить.

– Ну правильно. Он по телефону договаривается о встрече, – с невинным лицом проговорила Ксюша, взглянув на Надежду Михайловну. – Сейчас согласует и поедем.

– Как? – Надежда Михайловна уронила тарелки на стол, их тут же расставила Елена Филипповна. – Завтра только днём все разъезжаются…

Ксюша с безразличным видом пожала плечами.

– Ну вы же знаете Максима, ему долго на одном месте не сидится.

Надежда Михайловна вытерла руки о фартук, повязанный поверх шерстяной юбки, метнулась к дверям и узнала в коридоре фигуру Максима.

– Да вот же он! Максим! Максим! – закричала она.

Он испуганно обернулся. Возле уха он держал смартфон.

– Максим!

Встревоженный её тоном, Максим направился к ней.

– Что случилось? – негромко спросил он, прикрыв динамик.

– Ты что, уезжаешь?!

Максим открыл рот, соображая.

– Минуту, я заканчиваю уже.

– Максим, ты что, собираешься уезжать? – кричала Надежда Михайловна.

– Да не сейчас, мам! Поздно вечером, и то, не факт. Подожди ты, дай мне пару секунд, я закончу разговор.

Убедившись, что ничего страшного не произошло, Максим заткнул свободное ухо пальцем и торопливо удалился вглубь коридора, пока не достигнул холла, где свернул за лестницу и исчез с глаз. Через две минуты он появился в гостиной, застав Надежду Михайловну неподвижно сидящей за столом и безрадостно уставившейся в дальний угол комнаты. Игорь и Елена Филипповна негромко переговаривались. Ксюша ждала его на диване, тоже молча, водя невозмутимым взглядом по портьерам. Когда Максим вошёл, Надежда Михайловна вскинула на него укоризненный, страдающий взгляд.

– Мама, – Максим посмотрел на неё с предупредительной улыбкой. – Ты чего? Я по телефону разговариваю. Чего ты кричишь?

– Ничего, – вяло отозвалась Надежда Михайловна и вернула взгляд в дальний угол комнаты. – Разговаривай дальше.

Максим вопросительно глянул на Ксюшу. Та ехидно скривила губы.

– Мам, я не собираюсь сейчас никуда уезжать.

– А когда? – с живым интересом спросила Надежда Михайловна.

– Вечером. Может быть, – замялся Максим. – Когда все вы ляжете спать. Я обещал ребятам, что мы увидимся на новый год.

– А, так ты к ребятам едешь…

– Мама, не начинай. Я пробыл с семьёй три дня и ещё побуду. А ночью я хочу оттянуться в клубе.

– Ты обещал, Максим, что мы побудем вместе. Без фокусов.

– Мама, какой тебе прок от меня ночью? Все будут спать. Так бы ехал утром, а так уеду ночью – какая разница. Короче, мама, это решено, – твёрдо сказал Максим. – Я тоже хочу немного отдохнуть по-своему. Третьего числа мне на работу. Ты не можешь упрекнуть меня, что я мало внимания уделил вам. Можно мне немного времени для самого себя?

– У тебя нет совести, – резюмировала Надежда Михайловна, смягчившись. Она не удержалась от успокоенной улыбки. – Ладно, ночью езжай. А то Ксюня меня напугала, что вы прямо сейчас уезжаете.

Максим метнул недовольный, непонимающий взгляд на Ксюшу, который наткнулся на её раздражённо отворачивающееся лицо.

– Ну хорошо, теперь давайте кушать, – оживилась Надежда Михайловна. – Ксюнин заказ я выполнила, но у тебя же аппетиты посерьёзней?

– Много не давай, мам, – сказал Максим. – А то я неидеально себя чувствую – вчерашний коньячок даёт знать. Чего-то лёгкого.

– А, тогда я тебе кашку сварю овсяную, хочешь? – воскликнула Надежда Михайловна.

Максим заколебался.

– Это то, что надо для желудка, – наседала Надежда Михайловна. – Помоги своему желудку. Тем более если ты ещё ночь собираешься гулять. Всё, варю тебе кашу.

– Ну хорошо, вари, – разрешил Максим. – Ты вари, а я ещё один звоночек сделаю. Последний.

– Так что, мы идём? – претенциозно поинтересовалась Ксюша, останавливая его. – Куда и во сколько?

– Сейчас, сейчас.

– Предупреди меня, Макс. Я – не ты. Помни, что мне хотя бы три часа нужно на сборы. Плюс ещё часа два я хочу поспать, чтобы не заснуть на танцполе.

– И когда ты это успеешь? – опешил Максим.

– Вот поэтому я и говорю: предупреди меня заранее, а там – я разберусь.

– Окей, и спасибо, Ксюша, что сдала меня маме.

– Пожалуйста, – пожав плечами, ответила она.

 

 

 


Купить доступ ко всем публикациям журнала «Новая Литература» за декабрь 2015 года в полном объёме за 197 руб.:
Банковская карта: Яндекс.деньги: Другие способы:
Наличные, баланс мобильного, Webmoney, QIWI, PayPal, Western Union, Карта Сбербанка РФ, безналичный платёж
После оплаты кнопкой кликните по ссылке:
«Вернуться на сайт продавца»
После оплаты другими способами сообщите нам реквизиты платежа и адрес этой страницы по e-mail: newlit@newlit.ru
Вы получите каждое произведение декабря 2015 г. отдельным файлом в пяти вариантах: doc, fb2, pdf, rtf, txt.

 


Оглавление

22. Эпизод 8. Фестиваль душ и...
23. День четвёртый (последний). 1 января. Эпизод 1. Кончина белой комнаты...
24. Эпизод 2. Ответ на квартирный вопрос...
1011 читателей получили ссылку для скачивания номера журнала «Новая Литература» за 2024.01 на 02.03.2024, 12:01 мск.

 

Подписаться на журнал!
Литературно-художественный журнал "Новая Литература" - www.newlit.ru

Нас уже 30 тысяч. Присоединяйтесь!

 

Канал 'Новая Литература' на yandex.ru Канал 'Новая Литература' на telegram.org Канал 'Новая Литература 2' на telegram.org Клуб 'Новая Литература' на facebook.com Клуб 'Новая Литература' на livejournal.com Клуб 'Новая Литература' на my.mail.ru Клуб 'Новая Литература' на odnoklassniki.ru Клуб 'Новая Литература' на twitter.com Клуб 'Новая Литература' на vk.com Клуб 'Новая Литература 2' на vk.com
Миссия журнала – распространение русского языка через развитие художественной литературы.



Литературные конкурсы


15 000 ₽ за Грязный реализм



Биографии исторических знаменитостей и наших влиятельных современников:

Алиса Александровна Лобанова: «Мне хочется нести в этот мир только добро»

Только для статусных персон




Отзывы о журнале «Новая Литература»:

22.02.2024
С удовольствием просмотрел январский журнал. Очень понравились графические работы.
Александр Краснопольский

16.02.2024
Замечательный номер с поэтом-песенником Александром Шагановым!!!
Сергей Лущан

29.01.2024
Думаю, что на журнал стоит подписаться…
Валерий Скорбилин



Номер журнала «Новая Литература» за январь 2024 года

 


Поддержите журнал «Новая Литература»!
Copyright © 2001—2024 журнал «Новая Литература», newlit@newlit.ru
18+. Свидетельство о регистрации СМИ: Эл №ФС77-82520 от 30.12.2021
Телефон, whatsapp, telegram: +7 960 732 0000 (с 8.00 до 18.00 мск.)
Вакансии | Отзывы | Опубликовать

Поддержите «Новую Литературу»!