HTM
Номер журнала «Новая Литература» за январь 2024 г.

Ирина Ногина

Остановка

Обсудить

Повесть-пьеса

 

Купить в журнале за декабрь 2015 (doc, pdf):
Номер журнала «Новая Литература» за декабрь 2015 года

 

На чтение потребуется 7 часов | Цитаты: 1 2 3 4 5 6 | Скачать в полном объёме: doc, fb2, rtf, txt, pdf
Опубликовано редактором: Игорь Якушко, 20.12.2015
Оглавление

24. Эпизод 2. Ответ на квартирный вопрос...
25. Эпизод 3. Уловки стариковской памяти...
26. Эпизод 4. ...А смогли бы мы вечно быть вместе?..

Эпизод 3. Уловки стариковской памяти...


 

 

 

Уловки стариковской памяти. Треугольник житейских премудростей с чистыми косточками.

 

Михаил Степанович по своему обыкновению в этом время суток восседал в кресле, и взгляд его уходил дальше всех далей, видимых за окном. Елена Филипповна поставила перед ним поднос с чаем и пиалку с халвой.

– Что приуныл, Миша? – спросила она.

Михаил Степанович поднял мутные глаза и посмотрел на неё.

– А где Филипп Семёнович, Лена? – глухо спросил он.

Елена Филипповна безотчётно отшатнулась от него.

Михаил Степанович тяжело вздохнул, опустил голову и медленно покачал ею. Елена Филипповна затаила дыхание – она заметила, что он хихикает, глядя в пол. Михаил Степанович поднял на неё полностью прояснившийся взгляд и улыбнулся с горечью.

– Очень его не хватает здесь, – сказал он и шумно задышал.

– Миша, он никогда и не был здесь, – осторожно возразила Елена Филипповна.

– А я не знаю? – нахмурился Михаил Степанович. – Ты уж решила, что я – того? А вообще-то ошиблась ты, был он тут. Когда Игорю десять лет исполнялось, они же с матушкой твоей были здесь, в старом доме, на ногах ещё был, а уж после – на следующий год – его инсульт скосил.

– Правда, – сглотнула Елена Филипповна, вспоминая.

– Ай, как не хватает, – повторил Михаил Степанович и скривился, расплакавшись. – Всех не хватает. Чужие по дому ходят.

– Миша, ну как же чужие? Наши ведь дети…

– Наши дети – малыши. Надя в школе, а Игорь спит в коляске. Вот сию секунду вспомнил, как все сходились к нам, во времянку, на Игоря поглядеть, когда он просыпался. И матушка твоя, и Филипп Семёнович, и бабуля. Ой, а когда мамка моя приехала!

Он задохнулся от бесшумного рыдания. Елена Филипповна, сотрясаясь от жалости, не сводила взгляда с его красных глаз и не смела приблизиться. Михаил Степанович отплакался, отдышался.

– То наши были. А теперь всё новые люди. Где они – те? – он утёр глаза и всхлипнул. – Когда бабулю твою похоронили, я тогда думал: жаль Никитишну, а ведь пожила своё, и нам теперь время пожить, и в хате свободнее будет. А теперь – сию же секунду – любую площадь, любую прихоть бы ей уступил. Ушла, старуха.

– Ах ты, Господи, да ведь то сорок лет назад было, – с сердитым изумлением проговорила Елена Филипповна.

– А они все тут, – вскрикнул Михаил Степанович сквозь слёзы и вытянул ладони. – Все вот тут перед глазами стоят. Укоряют, что их не ценили. А ведь и не ценили. Сейчас только!

– Да что ж ты заладил, Миша, – разозлилась Елена Филипповна. – Самому за восемьдесят перевалило, не сегодня-завтра за ними отправишься, сам уже пожил, теперь дети живут. Что ж ты злой такой и жадный?

– А я, если хочешь знать, до сих пор себя корю, что иной раз в тягость мне было к бабуле твоей наведаться, и что от Филиппа Семёновича отделывался, когда он в домино просил сыграть. Бредёт старик по двору, остановится, смотрит, морщины вокруг глаз сжимаются, как гармошка, головой качает: «Идём, Миша, косточками постучим» – отрада ему была, а я впопыхах ему: «После, после, Филипп Семёныч». А у него бровки ломаются, плечи опускаются – огорчается. Он когда в гробу лежал, я смотрел на него и всё вспоминал, как он меня просил, и, и… э-хе-хе… – Михаил Степанович шумно высморкался в салфетку. – До сих пор мучает меня, – загнусавил он. – Ну как же – я ведь знал тогда, что он старик, что уйдёт скоро, что не с кем мне будет косточками постучать, хвачусь потом – а нету, и всё равно отказывал ему. Частенько отказывал. А они не понимают, – вдруг рассердился Михаил Степанович. – Так же не понимают, как мы не понимали. Уйдём мы – и рухнет всё.

– Ничего не рухнет, – передразнила Елена Филипповна, глотая слёзы.

– Не успеют оглянуться, а уж ни матери, ни батька, все новые будут. Чужие.

– Ой, Миша, обидела она тебя, – Елена Филипповна покачала головой. – Прости ты её.

– Чтоб на родного отца, – заливаясь слезами, воскликнул Михаил Степанович, тряся рукой, тщетно силясь сжать её в кулак.

Елена Филипповна потихоньку вытерла слёзы и попыталась подступиться к нему, но он отчаянно замахал руками. Она отошла, молча села на край кровати и уставилась в тёмный экран телевизора. А он повсхлипывал и стал успокаиваться. Ничего больше он не говорил.

– Ну что, шампанского? – предположила Света, воодушевлённо глядя на Надежду Михайловну.

– Ой, не хочу, – Надежа Михайловна скривилась. – Надоело уже шампанское.

Ксюша с любопытством глянула на несколько поникшую Свету.

– Давай выпью с тобой за компанию, – без видимой охоты сказала она.

– Давай, – оживилась Света. – А… осталось ещё шампанское, Надежда Михайловна?

– В холодильнике была бутылка, если никто не выпил. Глянешь в кухне?

– Ну конечно, – Света переглянулась с Ксюшей и, несколько помедлив, вышла.

Ксюша выделила очередную прядь волос, зажала её между створками утюжка и тщательно прогладила. Взгляд её сосредоточился на собственном отражении.

– Вот, оказывается, что такое утюжок для волос, – следя за её действиями, проговорила Надежда Михайловна.

– Угу.

– По-моему, у тебя и без утюжка прекрасные волосы, ты напрасно волновалась.

Ксюша натянуто ухмыльнулась. Света вернулась с открытой бутылкой шампанского.

– Я беру бокалы из сервиза? – на всякий случай спросила Света и, не дожидаясь ответа, направилась к бару.

– Там же в кухне были бокалы, ты не нашла?

Света сконфуженно остановилась перед открытой дверцей бара.

– Бери, бери, – спохватилась Надежда Михайловна. – Хочешь эти – конечно, бери.

– Да вовсе необязательно… – пролепетала Света. – Мы из них вчера пили, и я…

– Всё правильно, кисюня. Я совсем забыла, что ты любишь… Не бери в голову! Бери, Светик, ну что мне, жалко, что ли, лишний раз их помыть и протереть?

– Да я бы сама их помыла!

– Куда ты закрываешь? Бери!

– Я возьму в кухне.

Надежда Михайловна вскочила, рванула дверцу бара и вытянула три хрустальных бокала, одним движением установила их на стол, выхватила у растерявшейся Светы бутылку шампанского и торопливо разлила.

– А ну, быстро, – она грозно указала на бокал.

Света замерла перед столом, как вкопанная. Мимо неё прошла Ксюша и с невозмутимо-мечтательным видом забрала один из бокалов.

– Не такое уж плохое это вино, – сказала она, пригубив. – Мы, правда, с Максом в последнее время из игристых предпочитаем «Асти», но вот эта коллекция у нашего завода куда ни шло.

– И тут я тебе не угодила, – Надежда Михайловна хлопнула себя по щекам. – Вино у меня не то, утюгов у меня нет, задница у меня толстая и одежда не модная.

– Зато у вас сыновья классные, – перебила её Ксюша.

Надежда Михайловна запнулась, а в следующую секунду рассмеялась. Щёки её мгновенно раскраснелись.

– Это правда, – сказала она со счастливой улыбкой и вдруг любовно поглядела на Ксюшу, а потом на Свету. – И дочки тоже. И Сима, и Светка, и ты. Я к вам как к родным дочкам отношусь. Вы же это знаете?

– За это и выпьем, – бросив многозначительный взгляд на Свету, Ксюша подняла бокал.

– Да, – Света вздохнула. – Сыновья – это, конечно, здорово, но нужны и дочки.

– А ты роди ещё дочку, – сказала Надежда Михайловна.

– Легко сказать – роди. Я вон Пашку носила, мечтала, что будет Машенька, потом Руслана – снова ждала Машеньку. Видно, судьба моя такая – дай Бог с двумя управиться.

– Очень жаль, – кокетливо заметила Надежда Михайловна. – Я очень рассчитывала на маленькую девочку.

– Нет, нет, это к Ксюше, – усмехнулась Света. – Я уже всё!

– Очень жаль. А Костя об этом знает?

– Ваш подвиг я не повторю. А если третий опять пацан? Да я же с ума сойду! Нет, меня едва на двоих хватает. Конечно, идеально – как у Аньки: пацан и девчонка. Но – не всем везёт.

– А я своими вполне довольна, – уязвлено возразила Надежда Михайловна. – И если бы четвёртый получился – я только за. Вот все почему-то мечтают мальчика и девочку – шаблон какой-то. Не понимаю. А если и три сына, а если и четыре, а если дочери одни – так это прелесть…

– Я же не возражаю. Я только о себе говорю.

– Я, например, считаю, что два сына и третья девочка – лучше и не придумаешь, – раззадорилась Надежда Михайловна. – И чтобы разница была в возрасте. Мальчики сдружатся, а девочка ближе к маме. А то если дочка вторая рождается, следом за братом, так ей всё внимание материнское – всё же дочка к маме лучше, чем сын, потянется. Вот так и у Ани твоей. Матвей вечно на занятиях, на курсах, в школах – и не увидишь его. Даже когда гости – посидит полчаса, и отправляют его уроки делать. А Полина всегда при ней, и даже в детский сад не отдают её. Вот вам и результат – сами видели, да?

Света смущённо поджала губы.

– Как она ходит, вы видели? Подбородок вверх, плывёт – пава. Как смотрит, как говорит. Сами, говорит, разберёмся, и смотрит свысока.

– Полинка, конечно, Анютина дочь, – деликатно опуская веки, улыбнулась Света.

– Ещё бы! – подхватила Надежда Михайловна. – Аня номер два. Только Аня всё же скромнее, на людях во всяком случае. Она себе, конечно, Бог знает что думает, но хоть молчит. А Полина вообще понятия не имеет, как себя вести. Что в голову взбредёт – то и ляпает. Ребёнку всё прощается, а когда она вырастет – каково будет?

– По-моему, Полина – обычная девочка, – вставила Ксюша. – Не вижу с её стороны особых капризов. И уж Аня её, как на мой взгляд, совершенно не балует.

– Ну не скажи, – поспешно, но очень мягко возразила Света. – Ты бы видела, как они с Пашей играют. Она его, что называется, строит, и чуть что он не сделает, как она хочет – на смех поднимает. Она очень хорошая девочка – я ничего не говорю – смышлёная, аккуратная, и фантазёрка, но то, что Аня её балует…

– Так а я что, говорю, что она плохая? – воскликнула Надежда Михайловна. – Конечно, она чудный ребёнок. Но балуют её – это вне всякого сомнения. И не Игорь, а именно Аня.

Ксюша несогласно пожала плечами.

– Словом, это надо знать Аню, – увлечённо продолжала Надежда Михайловна. – У Ани на всё свой взгляд. Так сказать, неординарный, и даже слишком, понимаешь? Помню, однажды Матвей у нас был в гостях, пока они ушли куда-то. Петя его и так, и сяк развлекал, а под конец мультики ему включил. Тут как раз Аня с Игорем возвращаются. А Матвей сидит мультик смотрит – Боже, как она всполошилась. Кинулась, выключила, побледнела. Мы с Петей в шоке – что не так? Оказывается, Матвею нельзя смотреть мультики. Те, что все дети смотрят, Матвею нельзя. Они ему какие-то специальные заказывают из Германии, – Надежда Михайловна выкатила глаза, переводя их со Светы на Ксюшу. – И всегда у неё были большие запросы. Ну, ты же помнишь, Светуль, как было, когда Игорь только привёл её. Вы с нами жили, и для них здесь было полно места. И – мы подумать не могли, что может быть иначе – мы с мамой приготовили для них комнату, и тут Игорь заявляет, что они будут снимать в городе квартиру. Спорить с ним бесполезно: сама знаешь, если Игорь что-то решил, переубеждать его – как об стенку горохом. А тогда Игорь был не то, что сейчас: зарабатывал копейки, а снимать квартиру – это же расходы, и немалые. Маму как раз тогда сократили. Папе сделали операцию. А Игорь вот так поступил. Да и вообще – мама привыкла, все привыкли, что Игорь всегда рядом: и по хозяйству поможет, и если – не дай Бог – болел кто-то. Мы тогда и не подозревали, что всё от Ани исходит – на вид такая скромная девочка, молодая... Словом, мама, конечно, – нет, а я жутко на Игоря обиделась. И не разговаривала с ним, помню, с месяц, наверное. Но, как бы там ни было, они уехали на съёмную квартиру. И с тех пор пошло: Аня, Аня Аня. Что ни потребует – всё закон. Игорь стал приезжать всё реже, а когда Матвей родился – так и подавно, раз в неделю – в хорошем случае. И если сначала Анька с ним приезжала, то потом он один стал бывать, а от него добейся – почему жена не приезжает. И Аньке слова не скажи – он тут же взъедается. Оставь её, мол, в покое. Да что я ей? – Надежда Михайловна раскраснелась от возмущения. – Или я её обзову? Или ударю? Или дом убирать заставлю? Заставишь, как же, она ж тряпку для пыли не знаю сколько лет в руках не держала.

– В смысле?

– Что в смысле? В прямом. У них же домработница убирает. Что ты рот раскрыла? А Аньке не до этого. Она работает. И дочку воспитывает. Про Матвея я не говорю – он же постоянно учится и учится и учится. Всё будет уметь.

Света изумлённо округлила глаза.

– Ну, она занята, конечно, я понимаю, но… – Она открыла рот и беспомощно развела руками, не находя подходящего довода. – Всё равно, не представляю… И что же эта домработница у неё делает?

– Да какая разница? – Надежда Михайловна нетерпеливо махнула рукой. – Не это важно, а сам факт.

– И что, пыль вытирает?

– Да всё она делает! И готовит, и гладит, и моет. Ну что обычно делают домработницы?

– Я понятия не имею! Я думала, уборщицы только в офисах убирают.

– Да перестань! – расхохоталась Ксюша.

– И как же это происходит: она сидит дома, и тут приходит чужая женщина и начинает у неё на глазах хозяйничать? Всё вот это перерывать, двигать, чистить? А потом в кухню идёт? – Света, сглатывая захлестнувшие её фантазии, выкатила глаза.

– Да, да, да, – с издёвкой закивала Ксюша. – А ей необязательно дома сидеть при этом. Она может и на работе быть, и на улице гулять, и в кафе сидеть.

– Короче, Светик, не это важно, – подключилась Надежда Михайловна. – Я тоже, например, на свою территорию никого бы не пустила порядки наводить…

– А я бы пустила, – невозмутимо перебила Ксюша. – Проще простого.

– А как убедиться, что она всё делает правильно? – заволновалась Света. – У меня пять тряпок только для пыли – на каждую комнату и кухню, отдельная – для ванной. Это не говоря об электронике и стёклах – там вообще тряпки из специального материала. Половые, естественно, тоже разные: для ванной и туалета, для балкона и для остальных помещений. А как бы она мне вымывала каждый изгиб и уголок, каждый шнур? А как бы шторы пылесосила – я еле разгибаюсь после этого! А бытовая техника? Там одни детали можно мыть, а другие – только протирать тряпкой, а в воду – ни в коем случае. Блендер, например. Я фарш сделаю, потом насадку зубочисткой чищу. Кусочки мяса налипнут – как ты их достанешь, если под кран нельзя? И что? Эта тётка мне будет всё вылизывать, как я? Да в жизни не поверю. Тебе бы такое подошло?

– Да, мне подходит, – ответила Ксюша. Она повертела головой перед зеркалом, попробовала заправить волосы за уши, потом выпустила их, расчесала пальцами и с удовлетворённым лицом вытащила шнур утюжка из розетки. Потом в два длинных, но плавных шага достигла дивана и устроилась в глубине его. – Нормальная домработница всё нормально уберёт. И вылижет, и ещё не один раз. А по поводу Ани – она всё правильно делает, я считаю.

– Вот, пожалуйста, – Надежда Михайловна боднула воздух, глянула на Свету, призывая её в свидетели грядущему изъяснению, и выжидательно уставилась на Ксюшу.

– Вы задумывались, почему одни женщины, хоть какие трудолюбивые и безупречные, а всё на себе тянут: и порядок, и кухню, и воспитание – эдакие героини, и ещё мужья им нервы треплют вдобавок, а другие никаких подвигов не совершают, носом вертят, а мужья за ними как собачонки бегают?

Надежда Михайловна скептически отмахнулась.

– Можно сколько угодно у плиты плясать, эксклюзивные рецепты воплощать, а он вечером притащится, слопает, в хорошем случае буркнет «спасибо» и уйдёт к телевизору. На цыпочках перед ним ходить будешь, а он от компьютера не оторвётся, и попробуй допросись внимания – на последнем месте у него будешь в списке приоритетов. И то хорошо, если завтра он за все твои старания не заплатит тем, что к другой свалит. А ты такая примерная жена: и в парикмахерскую раз в месяц ходишь, и ногти красить не забываешь. Тот факт, что он уйдёт – ещё полбеды. Убийственно – это к кому он уйдёт: к вульгарной неумёхе, для которой предел кулинарных изысков – это яичница глазунья, которая ужинает в ресторанах, предпочитает французское вино и от природы имеет кривые ноги. И он будет с неё всю жизнь пылинки сдувать, и перестанут его интересовать и шумные компании, и даже футбол с пивом.

– Какие ужасные фантазии, – Света нахмурилась, с улыбкой взглянув на Надежду Михайловну.

– Это не фантазии, – с некоторой резкостью ответила Ксюша. – Посмотри вокруг, и найдёшь тысячи примеров. Женщины оттого и делают неправильную ставку, что смотрят на всё сквозь пальцы – понимать не хотят. Мужчин не хотят понимать, ничего видеть и слышать не хотят, думают, что им и так всё известно, уверенны, что всё у них под контролем. А потом – раз, и в один миг оказывается, что яйца выеденного весь их домашний очаг и уют и контроль не стоили, и что вообще – всё наоборот: и сила тяжести в другую сторону действует, и рулетка не закручивается, и раскручивается. И правильную ставку как раз та вульгарная неумёха сделала. А потому что нам мозги с детства пудрили. Во всех книжках, которые мы в школе читали, как пишется: если кожа да локоны да ресницы, да ещё добрая и кроткая – значит, все в неё влюбятся, и самый главный – он – тоже влюбится, – Ксюша не удержалась от короткого пренебрежительного взгляда в сторону Светы. – А сейчас-то никого уже не удивишь ни локоном, ни глазами, ни губами. Сегодня деятельная простушка тебя в два счёта обойдёт, и раскрасавицей прослывёт, а то, что у тебя от природы кожа лучше и грудь полнее и цвет волос удачнее, никто и не заметит. А на деле тебя от этой лахудры отличает одна единственная вещь, – Ксюша загадочно сверкнула глазами. – Грамотный пиар.

Света с несогласной улыбкой посмотрела на свекровь в ожидании возражений с её стороны, но Надежда Михайловна предупредительно молчала, пытливо вглядываясь в Ксюшу.

– Очень уж... наивное суждение, – высказалась тогда Света, добродушно взглянув на Ксюшу.

– Наивное? – переспросила Ксюша, разъяряясь. – Ты мне будешь говорить, что у меня наивное суждение? – у неё вырвался презрительный смешок.

Света ошеломлённо запнулась. Надежда Михайловна кашлянула и мягко внедрилась в напряжённую паузу.

– Ты сейчас говорила о своей матери и своём отце, да? – осторожно спросила она.

– Какая разница, – протянула Ксюша, утомлённо моргая. – Впрочем, если для вас так убедительнее – да, – она с демонстративной невозмутимостью улыбнулась. – Я знаю не понаслышке, как это бывает, когда мужчина уходит от идеальный жены только потому, что она не знает себе цену.

Светина рука с бокалом шампанского обескуражено опустилась.

– Я знаю одно, – выпрямившись, продолжала Ксюша. Холодный взгляд её взлетел выше их голов и горделиво прошёлся по потолочному плинтусу. – Самое важное для женщины – это знать себе цену и заявить об этом. Для мужчин самое главное – это репутация, причём, репутация именно в мире мужчин. Он готов пожертвовать комфортом, лишь бы повысить свои рейтинги. Это смысл их жизни. И женщина должна играть на этом. Единственный способ сохранить личные отношения – грамотный пиар. И умение ценить себя.

– И ты... занимаешь этим? – вкрадчиво спросила Надежда Михайловна. – С моим сыном?

– Я знаю себе цену, – Ксюша закатила глаза. – И поэтому Максим знает мне цену. А Аня знает цену себе. Она очень тонко чувствует, что нужно её мужу. А ещё она хорошо понимает женщин. Это помогает ей всегда быть в глазах Игоря лучшей по сравнению с любой другой из них. Потому её муж души в ней не чает.

Света подняла руки и сокрушённо покачала головой.

– Я не знаю твоей истории, не знаю, как вышло у твоих родителей, но я счастлива, что меня с моим мужем связывают, как мне верится, более крепкие связи, чем те, о которых ты рассказала. Может быть, мне просто повезло с моим мужчиной. Я счастлива, что он для меня много убедительнее твоих слов.

– Я всегда говорила, что ты – счастливая женщина, – насмешливо кивнула Ксюша и двусмысленно улыбнулась.

 

 

 


Купить доступ ко всем публикациям журнала «Новая Литература» за декабрь 2015 года в полном объёме за 197 руб.:
Банковская карта: Яндекс.деньги: Другие способы:
Наличные, баланс мобильного, Webmoney, QIWI, PayPal, Western Union, Карта Сбербанка РФ, безналичный платёж
После оплаты кнопкой кликните по ссылке:
«Вернуться на сайт продавца»
После оплаты другими способами сообщите нам реквизиты платежа и адрес этой страницы по e-mail: newlit@newlit.ru
Вы получите каждое произведение декабря 2015 г. отдельным файлом в пяти вариантах: doc, fb2, pdf, rtf, txt.

 


Оглавление

24. Эпизод 2. Ответ на квартирный вопрос...
25. Эпизод 3. Уловки стариковской памяти...
26. Эпизод 4. ...А смогли бы мы вечно быть вместе?..
1011 читателей получили ссылку для скачивания номера журнала «Новая Литература» за 2024.01 на 02.03.2024, 12:01 мск.

 

Подписаться на журнал!
Литературно-художественный журнал "Новая Литература" - www.newlit.ru

Нас уже 30 тысяч. Присоединяйтесь!

 

Канал 'Новая Литература' на yandex.ru Канал 'Новая Литература' на telegram.org Канал 'Новая Литература 2' на telegram.org Клуб 'Новая Литература' на facebook.com Клуб 'Новая Литература' на livejournal.com Клуб 'Новая Литература' на my.mail.ru Клуб 'Новая Литература' на odnoklassniki.ru Клуб 'Новая Литература' на twitter.com Клуб 'Новая Литература' на vk.com Клуб 'Новая Литература 2' на vk.com
Миссия журнала – распространение русского языка через развитие художественной литературы.



Литературные конкурсы


15 000 ₽ за Грязный реализм



Биографии исторических знаменитостей и наших влиятельных современников:

Алиса Александровна Лобанова: «Мне хочется нести в этот мир только добро»

Только для статусных персон




Отзывы о журнале «Новая Литература»:

22.02.2024
С удовольствием просмотрел январский журнал. Очень понравились графические работы.
Александр Краснопольский

16.02.2024
Замечательный номер с поэтом-песенником Александром Шагановым!!!
Сергей Лущан

29.01.2024
Думаю, что на журнал стоит подписаться…
Валерий Скорбилин



Номер журнала «Новая Литература» за январь 2024 года

 


Поддержите журнал «Новая Литература»!
Copyright © 2001—2024 журнал «Новая Литература», newlit@newlit.ru
18+. Свидетельство о регистрации СМИ: Эл №ФС77-82520 от 30.12.2021
Телефон, whatsapp, telegram: +7 960 732 0000 (с 8.00 до 18.00 мск.)
Вакансии | Отзывы | Опубликовать

Поддержите «Новую Литературу»!