...Понимаешь, когда старуха тихо умирала, в глазах её поселилось отчаяние. Отчаяние, мой друг! Отчаяться на пороге смерти значило утратить всякую веру. ДА! Утратить веру в Бога. Утратить и образ и подобие, потерять надежду на спасение и вечную жизнь. А сделал это я, понимаешь? Оказывается, я имел такую власть над другими: мог лишить человека не просто жизни, – это кто угодно мог, – а лишить вечной жизни! Понимаешь? Вот где весь восторг. Вот в чём вся прелесть...
«Отец Пётр»
Помыл крупу и высыпал в кастрюлю,
налил воды, поставил на плиту,
и, важно развалясь, сижу на стуле,
а запах от кастрюли на версту.
Слегка шуршит божественная гречка,
а я собой доволен, как король,
и, как шаман, пускаю вверх колечки.
Я не забыл посыпать в кашу соль.
И вот он миг – кладу я слиток масла.
Он плавится, он тает неспеша.
Я колдовал сегодня не напрасно.
Уж очень, очень каша хороша!
«Кленовый лист»
Ох, тянет, мужики, ох, тянет –
То – на принцесс, а то – на баб.
То – быть, а иногда и – кануть
в монастыри, и бить в набат
перед вечерней зорькой нервом,
растрёпанным по простыням
фемины Лоры, бабы Веры,
и прочих девок и ля фам...
Иметь хочу
четверостишье,
не грех
какое поместить
Под бюстом
в кедровом затишьи.
Моим.
Соседок удивить...
«Виртуальная романтика»
