HTM
Номер журнала «Новая Литература» за апрель 2017 г.

Архив публикаций за июнь 2012

2001  2002  2003  2004  2005  2006  2007  2008  2009  2010  2011  [2012]   2013  2014  2015  2016  2017 

январь   февраль   март   апрель   май   [июнь]   июль   август   сентябрь   октябрь   ноябрь   декабрь  


29 июня 2012

Сергей Васильченко

Рассказ «Бита»

...После уроков и вкусного обеда Олег пошёл на улицу. С мячом зашёл за Серёгой и Игорьком, которые жили в том же подъезде, и с ними двинулся на поле. Все трое были одеты в форму с номерами и фамилиями игроков – такую можно было купить подешёвке на рынке, made in China. Или made in узбеки в подвалах рынка. У Серёги красовалась на спине цифра 10 и фамилия – Batistuta. Игрок «Фиорентины». У Игоряна – особый шик – восьмёрка и Zidan. О, француз Зидан! Какие два гола он забил бразильцам в финале Чемпионата мира 1998 года! А Олег носил красно-белую форму Спартака – просто с номером 11. Патриот.

– Жалко, что тогда на ворота в не пришёл, мы бы не проиграли… А то у нас был не вратарь, а дырка, – сказал Санёк.

Он имел в виду недавний турнир дворовых команд, который для них закончился неделю назад. В упорной борьбе в одной шестнадцатой ребята уступили команде школы номер 52.

– Ну они очень грубо играли, – заметил Олег. В том матче Олег сильно разбил себе коленку. И мячом ему ещё та-а-ак сильно по лицу попали… «Чуть голова не оторвалась», – говорил потом он.

В следующем году мы их порвём, – сказал Игорян.

Олег сомневался. Кто там знает, что будет в следующем году?

Сначала – в качестве разминки – играли в «одно касание», потом подошли другие пацаны. Набралось восемь человек: разделились четверо на четверо – и пошло-поехало. Когда счёт был 5:6 в пользу… – да неважно, в чью пользу – решили передохнуть. Уже вечерело, и на лавки вокруг поля пришли старшие пацаны с их двора. Они постоянно сидели на этих лавках, пили пиво, курили, громко матерились, семечки лузгали…

Когда Олег и его друзья уже пошли в сторону колонки, чтобы попить воды, их окликнул один из «старших»...

28 июня 2012

Мартин Гал

Эссе «Кто ж сочинил? Знать или не знать?»

...Что может объяснить мне кофейная гуща на дне чашки Бальзака?

Разве не весь Достоевский присутствует во всех своих романах?

И неужели я должен знать устройство кабинета Пруста и убранство тюрьмы Сервантеса, чтобы впечатлиться от их непревзойдённых творений?

Кому нужен сам автор?

Никому и всем.

Но самое главное в том, что автор не нужен своему произведению с того самого момента, когда его творение вышло в свет и неожиданно попало в чужие руки.

Литературному тексту нужен читатель, ибо только его прочтение, всякий раз первое и всякий раз единственное даёт произведению жизнь.

Я мечтаю о дне, когда все тексты мира будут анонимны, и мы сможем черпать из них мудрость как из океана, который никому не принадлежит.

Ибо всё, что сделано до меня – всегда делалось для меня.

И всё, что я делаю для самого себя – всегда принадлежит всем.

Я всё получаю, и всё отдаю, ибо нет меня нигде наполовину.

Я целиком принимаю опыт всех живших ранее людей, все мысли философов и всю красоту, утверждённую поэтами.

Если убрать эмоциональную составляющую из наших межличностных отношений с автором и его Именем, а попытаться получить чужие дары из неизвестных рук, а нашу творческую благотворительность адресовать всем, разве это не будет проще?..

27 июня 2012

Елена Маючая

Рассказ «Право на маленькие слабости»

...Накануне операции я не сомкнула глаз, сидела на подоконнике. Звёзд, как назло, ни черта. Чёрное небо застыло пустой глазницей. Я была совсем одна. Скоро, утром, должны были прийти мама с папой, утром должна была начаться предоперационная суета, но те несколько часов я коротала на пару с собой. В голове – полная каша, «под конец» хотелось разобраться во всём. Особенно с тем, что касалось Бога. По-моему, время для этого было весьма подходящим. Но ничего не выходило, все мои выводы упирались в собственную болезнь, хотя верить в его существование той ночью хотелось невероятно. «Наверное, Бога нет, точно нет» – подумала я и вслух громко спросила:

– Эй, ты здесь?

Откуда-то сверху (с третьего этажа, а я лежала на втором) совершенно спокойно ответили:

– Здесь. Ты чего не спишь?

– У меня з-з-завтра оп-п-перация, – от неожиданности я начала заикаться.

– Волнуешься?

– Н-н-немного.

– Зря. Всё будет хорошо. Ложись спать.

Никогда не была особо послушной, но разве Богу перечат? Я нырнула под одеяло, прислушалась – за окном тихо, и задремала. А утром мои страхи исчезли, а может, просто стало не до них. А если по-честному, то более меня в успокоении нуждались родители. И когда наступил момент «прощаться» с «проклятой дрянью», я уже ничего не боялась. Тем более Он пообещал, что всё будет хорошо...

26 июня 2012

Екатерина Шишкова

Авторская колонка "Грехи писателей" «Фёдор Достоевский»

Такое пагубное пристрастие, как лудомания, не могло обойти стороной творческих людей, которые нередко падки на азарт. Фёдор Михайлович Достоевский (1821–1881) был заядлым игроком. Он мог проиграть всё состояние на злополучном столе с зелёным покрытием, он мог проиграть даже обручальное кольцо своей жены. Но это увлечение к пёстрым картам и манящей рулетке, как ни странно, положительно отразилось на творчестве писателя.

Впервые Фёдор Михайлович познакомился с игорным миром посредством литературы. Когда он был в ссылке, ему в руки попала статья «Из записок игрока». В ней красочно описывались игры и то, как люди по капризу Фортуны становились богатыми. Статья так увлекла писателя, что он начал интересоваться всем, что так или иначе связано с азартными играми.

Очевидно, что на свободе при первой же возможности Достоевский отправился испытывать свою судьбу у рулетки. Как говорится – новичкам везёт, и писатель своим примером лишний подтвердил эту закономерность. Его выигрыш превышал десять тысяч франков. Изо всех сил Фёдор Михайлович пытался сохранить благоразумие и покинул игорный дом. Но азарт коварен, он не может просто так отпустить человека...

25 июня 2012

Ярослав Таран

Эссе «Творчество как диалог»

Главная опасность нашего времени в том, что всесмешение структур сделало неотличимым фальшивку от подлинника: всё перепутано, погружено в муть, всё находится в каком-то тумане. Только религиозное осмысление творчества поможет выйти из этой комнаты кривых зеркал: никакие внешние критерии и структурные анализы ничего, по сути, не дают: необходимо искать выход в свободе своего духа, в возгорании избирающего творческого эроса, влюблённости в Подлинное. Только такая влюблённость в Подлинное даёт возможность различать фальшь в тех или иных феноменах.

Тургеневская девушка в первую очередь эротичней «девушки в стрингах». При внешней неотличимости форм. В первой есть Тайна и глубина, во второй – всё выброшено вовне, в плотскую плоскость.

Целомудрие – это концентрация сил. Целомудрие нужно для подвига – творческого, любовного или на узком пути святости, а не само по себе. «Старая дева» в миру – как талант, закопанный в землю. Грех есть преступление против Божьего Замысла о тебе.

Очень важно различать не только добро и зло, не только фальшь и подлинник, но и разные реальности добра. Любовь-жалость (агапе) и любовь-эрос, как жизнь и искусство, разные реальности, и обе уходят корнями в подлинное, духовное бытие. Но как уродливы их смешения в эмпирике! Жалость, всепрощение, этика, ставшая избирательным эросом, приводит к морализаторству, законническому фарисейству, инквизиции. Эрос, по доброте душевной не отказывающий никому, иссякает и разлагается. Законы жизни, перенесённые на искусство, убивают искусство, сводя его к служебной, а потом и проституирующей функции. Искусство, пытающееся подмять под себя жизнь, становится жестоко, развратно, порождает эстетствующий формализм и бездуховный интеллектуализм, растлевает душу. Крайности сходятся.

22 июня 2012

Константин Строф

Рассказ «Объятие»

...С отцом мы встречались ещё не раз, но он, кажется, больше не обращал на меня никакого внимания, словно меня и не было вовсе. Но одна встреча мне в душу запала.

В то время мама уже не ходила на работу и целыми днями находилась дома, расхаживая по комнатам в клетчатом халате нараспашку, из-под которого украдкой выглядывало мятое бельё, всегда одно и то же, а изредка его и совсем не было. Но ещё чаще она лежала в каком-то загадочном полузабытьи на старом канапе, благодаря чему мне не приходилось постоянно скрываться в своей комнате. Но в тот день она куда-то внезапно уехала. Вернее, она уехала ещё накануне, но к обеду следующего дня ещё не успела вернуться. Она мне оставила на столе еду, совсем немного, но я знал, где хранились домашние запасы. В общем, всё было хорошо и на душе покойно. В школу я не пошёл. Сидел всё утро на кухне и непрерывно щелкал каналы; всего три, и ни на одном не было ничего интересного. И вдруг я услышал, как в замочную скважину вставили ключ, и после нескольких оборотов входная дверь заскрипела. Я перепугался не на шутку: мама вернулась рано и поймёт, что я прогулял занятия; она вообще-то не сильно интересовалась моими школьными делами, но всегда страшно нервничала, если я приходил раньше обычного, скорее, как я догадывался, больше от нарушенного покоя, чем от сомнений в моей успеваемости. Я невольно оказался под кухонным диваном, но, спрятавшись там, к своему удивлению услышал доносящиеся из прихожей незнакомые голоса. В то, что мама вернулась не одна, верилось с трудом, к тому же, я вскоре узнал в одном из них сипловатый голос отца. Но он был с кем-то, и этот кто-то звучал очень звонко и игриво и, несомненно, был женщиной. Я неподвижно лежал под диваном. Тем временем голоса перемещались по квартире, женский голос был чем-то неимоверно воодушевлён, отец говорил не так много, но звучал тоже весьма довольно. Когда они, по моим предположениям, находились в комнате мамы, голосок, что повыше, вдруг залился громким смехом, и я услышал, как что-то шлепнулось, – вероятно, на любимое мамино канапе, а потом послышались непонятные причмокивания и вздохи...

21 июня 2012

Мартин Гал

Рассказ «Дверь Кафки»

...Читательский суд над творениями Кафки был назначен на десять часов утра 20 февраля 1922 года. У Кафки оставалось четыре недели для окончательной подготовки своих текстов к этому событию. Он внимательно прочёл все свои произведения и распределил их на три части: одну составили уже «готовые» произведения, не нуждающиеся в правке, в другую были включены тексты, требующие окончательной редакции, третью же часть составили работы, исправлять которые не было никакого смысла – их было больше всего – Кафка считал их слабыми и неудачными. Эту группу произведений Кафка даже не собирался брать с собой. Его усилия сосредоточились на текстах, которые нуждались в окончательной правке. Три недели Кафка напряжённо работал: правил старые и новые рукописи. Измученный бессонницей и кровохарканьем, Кафка временами уже не понимал, что с ним происходит. Напряжение достигло предела в последнюю неделю. Кафка переутомился и смотрел на свои рукописи с настоящей ненавистью. Он вложил в них все свои силы и теперь ощущал жуткую опустошённость. Кафка твёрдо решил, что последние два дня он будет отдыхать и не притронется к рукописям.

В первый день, отведённый отдыху, он хорошо выспался, затем выехал за город и целый день гулял в лесу. На следующий день Кафка катался на лошади, затем играл в бильярд, а вечером осчастливил неожиданным приходом свою любовницу, у которой, уставший от любовных утех, остался на ночь. Утром, свежий и отдохнувший, он вернулся к себе домой, взял портфель, наполненный рукописями, и направился по адресу пражского «Клуба Читателей»...

20 июня 2012

Валерий Румянцев

Рассказ «Двери открываются автоматически»

...Этот вечер начался как обычно. Леонид поужинал холодной телятиной с багетом, достал из футляра инструмент и привычно ощутил щекой теплоту старого дерева. Но только он поднял смычок, как хлопнула входная дверь, и послышался голос преподобного Бернье:

– Прошу вас, маэстро. Осторожнее, здесь доски не закреплены. Сами понимаете, ремонт…

Леонид вышел на звук голоса и увидел настоятеля церкви и маленького незнакомого человека в сером плаще и чёрной фетровой шляпе. Принимая у незнакомца мокрую верхнюю одежду, преподобный Бернье представил Леонида:

– А это наш сторож. Лео, просушите всё хорошенько. Льёт как из ведра. И заварите-ка нам хорошего чаю. Маэстро Вебер любезно согласился протестировать наш новый орган. Но сначала не мешало бы согреться.

– Простите, святой отец, – тихим голосом произнёс посетитель, – но я предпочёл бы сразу же приступить к делу. Моё время стоит дорого. Я здесь только по просьбе епископа, и затягивать визит в мои планы не входит.

– Как вам будет угодно, маэстро, – в голосе настоятеля послышалась нотка обиды, но он быстро взял себя в руки и вновь стал само воплощение любезности. – Конечно, ваше время бесценно. Я вам крайне признателен…

– Хорошо, хорошо, – прервал эти излияния маэстро, – показывайте ваше приобретение.

Они прошли к органу.

Леонид развесил вещи для просушки, всё-таки заварил чаю, а заодно и кофе, и, заслышав голос разбуженного органа, поспешил на его зов...

19 июня 2012

Венедикт Немов

Рассказ «Кукольное сердце»

...Но этим субботним вечером Лизавета решилась, наконец, добраться хотя бы до шкафа. Перебрать весь скарб, выбросить старые потускневшие полотенца и вещи, поместив на их место новые и ещё почти не запачканные неприятными воспоминаниями. И когда на полу образовалась целая неприступная гора из ветхих вещей, в глубине шкафа Лизавета увидела её – кукольную фею с помятыми фиолетовыми крыльями.

Лизавета улыбнулась: «Вот ведь чудо! Сколько лет прошло, а она всё такая же». И она мельком взглянула на своё отражение в зеркале на дверце шкафа. На неё смотрела всё та же Булка, но уже большая, более сдобная и переступившая порог «бальзаковского» возраста. С двумя несостоявшимися любовными романами, незаконченным высшим образованием, одной недочитанной книгой и со страшным диагнозом – бесплодие.

Но Лизавета не сдавалась. Во что бы то ни стало она хотела быть счастливой. Хотела стать мамой. Самой лучшей! Ну, или просто на мгновение представить, что это так. И она нашла выход. Чуть больше года Лизавета откладывала со своей небольшой зарплаты определённую сумму. Теперь необходимое количество денег было собрано. И через несколько месяцев в её доме должна была появиться дочка. Лизавета каждый день открывала страницу женского журнала, где была изображена очень симпатичная малышка с беззубой улыбкой. И Лизавета точно знала, что её дочка будет такой же. А назовет она её Катериной. Катенькой. Катюшей.

Каждый прожитый день в ожидании знакомства со своей дочкой Лизавета зачёркивала в календаре жирным крестиком. Позади остались несколько исчерченных страниц календаря, а впереди – тот заветный день, когда Лизавета вернёт себе детство. И мечты. Воодушевлённая, она с утра бродила по магазинам, выбирая вещи для новорождённых. В результате она купила два миниатюрных платьица, вязаные красные пинетки с бумбонами и розовое одеяльце с изображением сказочного персонажа.

Всё было готово. И Лизавета, глубоко вздохнув, нажала на дверной звонок...

18 июня 2012

Виктор Герасин

Сборник рассказов «Черёмуховые холода»

...Уже призабылся тот августовский так и не прояснённый случай, как в середине сентября, опять же в полнолуние, великого, можно сказать, страха натерпелись. Бывалые старики ничего подобного не видели, а о старухах и говорить нечего. После такого невольно пойдёшь хоть за сто вёрст в церковь и будешь бога просить, чтобы не привёл ещё раз видеть подобное. Что до Матрёны, соседки, так она закатилась на другой конец Высокого и наотрез отказывалась в свою избу ногой ступить. У Марьи Сысоевой схоронилась, время от времени вздрагивала и начинала причитать в голос. Марья даже грозила ей кочережкой, дурными словами поносила, а та ни в какую, виденное никак не может из головы выбить.

А дело было так. В полночь, когда всё до единого в посёлке спали, неподалёку на бугре запылал огромный омёт соломы. Время стояло сухое, солома не успела слежаться, а потому горела дружно, далеко окрест освещая всё зловещим, трепетным, красным светом. Люди повставали. Тревожно сделалось на душе у людей. При большом огне, с которым явно не справиться, человек всегда себя чувствует тревожно. А что до скотины, так та ревмя ревёт, бьётся в хлевах. Но омёт стоял на безопасном от Выского расстоянии, было очень лунно и безветренно, и потому люди столпились на краю посёлка у колодца, как раз напротив избы приезжих. Обсуждали, отчего бы это ей, соломе, загореться. Уж не лихая ли какая рука сработала?

– Нет, не думаю, – сделал разумное предположение старик Белобородов, – не иначе как это днём выжигали остатки соломы, готовили поле под пахоту, но недосмотрели, огонь затаился где-либо, а когда люди ушли, он и подобрался к омёту.

С Белобородовым соглашались и не соглашались: доподлинно неизвестно, а коли так, то кто же её, солому, знает, отчего она пыхнула.

Вдруг у приезжих взвизгнула дверь, и на крыльцо в одном нижнем белье выскочил Митя...

15 июня 2012

Игорь Филатов

Рассказ «Павлиний глаз»

...Костик ничего не смог бы выразить словами, но чувствовал, что с ним происходит что-то очень важное, несравненно более важное, чем велосипед, уроки и даже взаимоотношения с родителями. То, что он чувствовал, поднимало его много выше большинства детей и даже очень многих взрослых. Ему, обыкновенному восьмилетнему мальчишке с веснушчатым носом и ободранными коленками, явилась Красота, одно из самых совершенных её воплощений, и он не оказался слеп, он увидел её – не только глазами, но и всей душой. Гармония формы и цвета, сочетание необходимости и излишества, что-то ещё – необъяснимое, нарушающее гармонию, но без чего не бывает настоящей красоты, всё это соединившись в бабочке, потрясло его. На какое-то время всё остальное потеряло значение и смысл. Остался только Павлиний Глаз и страстное, жгучее желание стать обладателем этого чуда.

Медленно-медленно Костик опустился на колени. Бабочка, почувствовав опасность, сложила, снова развела крылья и замерла, готовая вспорхнуть. Замер и Костик. Солнце пекло затылок, в колени впились острые камешки, но он терпел, а рука его, между тем, постепенно приближалась к бабочке. Стараясь не дышать, он развёл большой и указательный пальцы... Теперь надо было дождаться, пока Павлиний Глаз сомкнёт крылья. Костику хотелось взять его осторожно, не испортив ни капельки его красоты. А бабочка точно знала это и тоже выжидала.

Прошла минута, другая... Невмоготу было держать на весу руку, затекла спина, всё острее становились камешки под коленями, а по взмокшей шее кто-то ползал, уверенно и безнаказанно. Костик почувствовал, что ещё несколько секунд, и он не выдержит...

14 июня 2012

Виктория Алейникова

Сборник стихотворений «Чему ты научилась для него?»

Густая ночь встаёт на полигоне,
и всеобъемлет поле тишина:
там васильки… а он в пустом вагоне,
и ощерилось время у окна
солдатского пространства: без билета
воздаст дорога каждому тоски…
Он засыпает потным и одетым,
во сне перебирая колоски
ржи златолунной. И в его дремоте
свободно поле от окопных ран –
нет полигона, только ночь уводит
спокойных мыслей в небо караван.
…А поезд мчит, и гулко стонет ветер,
перебирая позвоночник шпал.
Отдать за утро дома всё на свете!..
Но он за ночь сегодня жизнь отдал.
13 июня 2012

Виталий Семёнов

Рассказ «Картошка с укропом, с цибулею, хиба не»

...Вот и очередная станция. На этот раз вызвалась идти Кира. Она уже неделю, с самого Ташкента, не выходила из вагона, хотелось просто постоять на твёрдой, не шатающейся земле. Ещё пошла Люська, из начала вагона. Они были почти последними в очереди. Красномордая тётка с хмельными глазами разливала огромным черпаком. Подставляли вёдра, тётка наливала, несколько раз промахивалась, и часть драгоценного пайка выливалась на пол. Люди начали ругаться и возмущаться, требуя восполнить пролитое. Тётка восполняла и вновь проливала. Да что же это такое, где начальник станции? Вот Кирина очередь, эта проклятая пьяница опять проливает.

– Доливай!

– Подожди, а то вдруг не хватит, отойди пока.

Кира подождёт, она обязательно выбьет из этой сволочи положенное! Вот и Люська уже ушла, и последнее ведро доливают.

– Всё, что ждешь-то, не видишь, кончилось?

– А ну, доливай, рожа пьяная, я сейчас к начальнику станции пойду и в НКВД заявление напишу!

– Ну, ладно, не шуми, чего сразу шуметь-то? Подожди, я сейчас. – И ушла. Ушла и пропала. Прошло минут десять, пока тётка вернулась, неся кастрюльку с добавкой. Кира отняла у неё кастрюльку. Ба, картошка! Отварная, килограмма два, наверно. Загустеет наш супчик! Бульк в ведёрко. Теперь в вагон. Картошка утонула, сейчас на дне, значит, Геночке тоже достанется.

Кира так увлеклась отстаиванием справедливости и наполнением ведра, что только сейчас поняла, что задерживается. Стоянку здесь обещали короткую, надо поспешить. А ведро такое полное, от быстрой ходьбы начинает плескаться, а этого допускать нельзя! Кира, поглядывая на ведро, осторожно поднималась по лестнице, ведущей к перрону. Там, на третьем пути, её поезд. Ну вот, теперь напрямую не пройти, подогнали товарняк. Можно бы между вагонов, но с ведром-то куда? Как всё долго, что там двигается? Кто? Уходит! Это же её поезд! Ведро, да чёрт с ним! Кира поставила ведро и стала перелазить под межвагонной сцепкой товарняка, споткнулась. Она перелазила и видела мелькающие вагоны убегающего состава с беженцами, уносящего её сына всё дальше и дальше. Кира подбежала к третьему пути, когда последний вагон родного поезда был метрах в тридцати от неё. Он весело убегал вперёд.

Всё! Всё! Не догнать! Как теперь? Как же мальчик без мамы останется? Как его теперь найти? Найти! Найти обязательно! Не для того они уехали так далеко от дома и мучились, чтобы потеряться...

12 июня 2012

Алексей Курганов

Рассказ «Про деда Притыкина»

...А в середине июля Притыкин неожиданно пропал. Сначала, конечно никто не встревожился (за колбасой стоит, тут же начали ехидничать острословы), но прошёл день, другой, неделя… Народ забеспокоился: какой он ни грыжа, а всё-таки человек.

– Может, крякнул? – выдвинул смелую гипотезу Васька Исаков. – Заперся в своём дому и лежит сейчас на кровати, прокисает. А чего? Этот – может! Старый чёрт!

Народ призадумался. Васька, кончено, балабол, но логика в его рассуждениях, безусловно, была.

– Надо Абдуллаева вызывать, – продолжил мысль Васька. – Двери ломать.

– Да подожди ты с Абдулаем-то! – боязливо поморщились окружающие. – Может, и нет ничего такого… Может, спит просто, а мы сразу участкового.

– Ага, – хмыкнул Васька. – Спит. Целую неделю. Колбасы обожрался – и теперь давит на всю подушку. Вы хоть соображаете, чего говорите?

– Да, неделя – это перебор, – вынуждены были согласиться собеседники. – И всё равно давай сначала сами посмотрим. Чего шум-то поднимать раньше времени?..

11 июня 2012

Екатерина Шишкова

Авторская колонка "Грехи писателей" «Леопольд фон Захер-Мазох»

В колонке, посвящённой грехам, грех не упомянуть об основоположнике термина «мазохизм». Это знаменитый австрийский писатель Леопольд фон Захер-Мазох (1836–1895). Его пристрастие к физическим и моральным унижениям имеет отражение в каждой из его книг. Знаменитая «Венера в мехах» написана под впечатлением от пылкого романа с Фанни фон Пистор. Позднее имя главной героини (Ванда фон Дунаева) присвоила себе жена писателя Аврора фон Рюмслин как псевдоним. И это не удивительно – она была властной, жестокой и эгоистичной женщиной, каких обычно и любил Леопольд.

Его склонность к мазохизму начала проявляться с самого детства. Именно в раннем возрасте в его сознании отпечатался образ надменной, красивой и властной женщины в мехах. Он не только навсегда запомнился будущему писателю, но и горячо ему полюбился. В «Воспоминаниях детства и размышлениях о романе», которые прилагаются к книге «Наслаждение в боли», Захер-Мазох пишет:

«Княгиня или крестьянка, в горностае или в овчине – всегда эта женщина в мехах и с хлыстом, порабощающая мужчину, есть одновременно моё творение и истинная сарматская женщина»...

8 июня 2012

Валерий Румянцев

Рассказ «Процесс»

...Полуэктов горько усмехнулся и вздрогнул, услышав выстрелы. Это были уже не пистолетные хлопки или автоматные очереди, которые периодически доносились и раньше. Это были орудийные выстрелы.

Салют? В честь какого праздника? А впрочем, в Москве теперь каждый день какой-нибудь праздник. Как пир во время чумы. Эх, бросить бы всё и действительно уехать в Сибирь. Подальше от этой мишуры. От всего этого безумия.

Сергей Петрович живо представил бревенчатый дом на берегу реки. Запах кедровых шишек, треск поленьев в печи, утренний туман и пенье птиц. Свежие ягоды, свежее молоко, свежая рыба. Жена в кресле-качалке среди цветов перед домом. Сын со связкой пойманных хариусов. И сам он за письменным столом у открытого окна. Свежий ветер налетает с реки, и свежие мысли льются на бумагу.

Порыв прохладного ветра и в самом деле налетел с реки, бесцеремонно вернув писателя в реальность. Полуэктов поёжился, и его мысли вдруг сделали поворот на сто восемьдесят градусов. Ясно припомнился холод по ночам, когда они с друзьями выползали из палатки и грелись у костра, мучительно ожидая наступления рассвета. И это в августе. А что зимой? Разыгравшаяся фантазия услужливо подсунула картины чадящей печи, засыпанного снегом крыльца, больного сына и хлопочущей вокруг его постели измученной жены. А летом? Тучи гнуса, комары, клещи. Бездорожье. До ближайшего метро как до Луны.

Нет, писатель всё-таки должен жить в столице. Постоянно держать руку на пульсе страны. Иначе оторвёшься от народа. А вот он, народ. Бежит по улице, и ведь каждый человек – это целый мир. Интересный, загадочный, неповторимый. И чтобы понять его, писатель должен жить его жизнью...

7 июня 2012

Сергей Матюшин

Сборник рассказов «Жизнь на берегах реки Тьмаки»

...Хорошенький мальчик Юльчик, белокурый и кудрявенький, щекастый толстячок, по-пластунски пролез по тайному лазу под забором усадьбы – и оказался среди зарослей гигантских лопухов берега коричневой речки Тьмаки.

Небольшой замок его папы тремя башенками господствовал над другими небольшими замками, стоящими в садах правого берега.

Дом папы Юльчика отличался светлым камнем, серебристо-зелёными островерхими крышами и цветными витражами в узких стрельчатых окнах. На шпиле одной башенки имелся флюгер, позолоченный петушок.

У Юльчика на усадьбе папы был свой маленький деревянный домик с палисадником. Две туи, непролазный можжевельник, шиповник – в палисаднике была глухомань. Там жил ёжик.

В домике стулья, кровать, гостевой стол, даже компьютерный столик – всё было сделано из золотистых сухих прутьев ошкуренной ивы, плетёное, очень лёгкое. Переставить запросто, двумя пальцами. Креслица могли принимать форму того человека, который в них садился. В холодильнике всегда свежее, сегодняшнее мороженое с мятой и брусникой, обсыпанное крошками корицы и шоколада; земляника из собственной теплицы; напитки: кока, энергетики, черничный морс, сок авокадо.

В домике жила шикарная чёрно-рыжая кошка Масяня величиной с кролика. Она любила сидеть около аквариума. Иногда она приносила придушенных воробьёв и синиц. Юльчик отнимал у кошки птичек и хоронил их в палисаднике.

И вот мальчик, имея уже десять лет отроду, тайно прокопал подземный лаз под забором имения. Трудился недели две, так как забор был углублён в землю больше чем на метр.

Лаз вывел в лопуховые джунгли.

Мальчик вылез наружу. Огляделся. Лопухи показались зловещими. Они были много выше его ростом. Стебли мясистые, в седых путаных космах паутины с сухими мухами в ней. Листья с дырками. Лес почти...

6 июня 2012

Сергей Жуковский

Сборник стихотворений «До востребования»

…день забит до отказа
ветлы ветреной
ветвью,
золотистыми стразами
рос апрельских рассветных,
гулом густо-басовым
пары сонной шмелиной,
зычным галочьим зовом,
оглушительным ливнем,
вербы лопнувшей почкой
ранним утром,
а к вечеру –
с изумрудным листочком
вместо почки увечной,
грома первого рыком,
речкой,
вспыхнувшей каплями,
выпи хохотом-криком,
колкой ёлочки лапкой,
бликов плеском и плясом,
пряным запахом ветра –
день забит до отказа
предвкушением лета…
5 июня 2012

Игорь Белисов

Философское эссе «Осколки. О Бытии и Ничто литературного творчества»

...Новейшее время даровало новый формат публикаций. В нашу жизнь проросли электронные технологии. Стремительно вытесняя традиционный бумажный носитель, на авансцену выдвинулся Его Могущество Интернет.

Хорошо это или плохо? Опять же, праздный вопрос. Такова данность развития человечества, и нам остается лишь по-новому приспосабливаться к изменившимся условиям среды человечьего обитания. Книга уходит. Книга как осязаемая вещественность, которую можно взять в руки, полюбоваться ее художественным оформлением, повертеть, почувствовать благородную тяжесть, понюхать запах печати, послушать шелест шершавых страниц, погрузиться в телесное с ней единение с подчеркиванием карандашом, заметками на полях и загибами уголков, подремать, накрыв лицо развернутой книгой, и, наконец, поставить на полку, пребывая в ауре писательского воплощения, его спиритического присутствия в интерьере нашего дома.

Электронный формат лишен такой вещественной магии. Книга отныне – всего лишь стандартный «файл». Библиотека – всего лишь стандартная «папка». Да и вся литература – всего лишь одна из «папок» на «рабочем столе». Удобство сжатия любой цифруемой информации низводит любое явление до равноничтожных задач для компьютера, где собрание сочинений, к примеру, великого классика соревнуется гигабайтами с весом странички общительной «одноклассницы».

Ну и ладно. Зато, каждый теперь имеет возможность явить виртуальному миру презентацию своего Я, и коль уж мы так долго мечтали о равноправии – то вот же оно, пожалуйста, ешь-не-хочу! Мы пишем стихи? Или прозу? Какие проблемы? – есть целая куча литературных порталов, от авторитетных до самых народных, демократичных. Не в одном, так в другом – пятом, десятом, – размещение состоится!

Но вот ведь, в чем фокус: привлекательность каждого, о себе заявившего, в массовом восприятии обратно пропорциональна количеству новых имен. Среди нас могут быть литераторы и талантливые, и неординарные; а по теории вероятности – даже настоящие гении, но... Коллективное МЫ сетевого пространства, равномерно растворяя в себе отдельную личность, ничтожит значимость художественного факта среди массового умения набивать на клавиатуре электронные тексты.

Есть такая популярная астрофизическая теория, будто наша вселенная произошла от Большого Взрыва. Так это или не так, во всяком случае, сегодня, на наших глазах, возникло и ширится новое, виртуальное, Бытие. Мы – современники и свидетели. Мы – предтечи и порождение. Мы – глобальное проявление Большого Виртуального Взрыва. Чтобы не обратиться в звездную пыль, мы сбиваемся в созвездия и галактики. Мы мерцаем во тьме. Мы летим в пустоту.

Мы – осколки...

4 июня 2012

Лачин

Статья «Кто из нас гитлеровец?»

анкета с пояснениями

 

Нет никакого смысла спрашивать у людей, кто из них сторонник Гитлера. Во-первых, многие его последователи это скрывают. Во-вторых, многие его толком не знают, и своё отношение к нему определяют неверно. За последние лет двадцать в мире развелось огромное множество людей, рассуждающих слово в слово как Гитлер, ни сном ни духом о том не ведая, и людей, уважающих его за принципы, которые ему и не снились. Дабы определить степень схожести вашего собеседника с Гитлером, прежде всего не произносите это имя. Просто поговорите с ним об окружающей жизни, об общественных событиях, и сравните всё это с взглядами Гитлера. В этом, кстати, вам может помочь данная анкета.

Также нет смысла предложить кому-то заполнить эту анкету. Во-первых, видя, что речь идёт о Гитлере, почти все будут давать «негитлеровские» ответы. Во-вторых, даже не зная цель анкеты, мало кто будет говорить искренне, не только публично, но и в узком кругу, даже с глазу на глаз. Например, каждый второй человек, проклинающий всё советское, отказывается называть себя «антисоветчиком», «антикоммунистом». Большинство русофобов, сводящих любой разговор к поношению русских, очень не любят слово «русофоб». Заполнить анкету за своего знакомого вы должны сами, предварительно поговорив с ним на всевозможные темы. Как только вы начнёте применять к нему термины, будь то «антикоммунист» или «милитарист», пиши пропало. Почти все любят кушать мясо – но разве кто признается, что он трупоед? (Многие не любят даже слово «мясоед»). Спросите у человека, любит ли он бифштекс или шашлык, но не спрашивайте, любит ли он мертвечину.

Особенно осторожным надо быть в разговоре с интеллигентами. Вот уже полвека как интеллигенция является самой лживой частью человечества. Выясняя их взгляды по данной анкете, старайтесь не употреблять даже слова «ненависть» и «враг». Больше половины интеллигентов отопрутся – «я никому не враг», «во мне нет ненависти» ets...

1 июня 2012

Джон Маверик

Сборник рассказов «Все художники попадают в ад»

...Он почти не слышал то, что читала жена, пока одна фраза не царапнула слух.

– Все писатели попадают в ад? Это ещё почему?

Хотя литературу Марек не любил, а большинство авторов считал праздными пустословами: ему претило вчитываться в то, что можно ухватить разом, цельной картинкой – столь суровый приговор удивил даже его.

Лина хрустнула газетой, расправляя на коленях листок дудвайлерского Вохеншпигеля.

– Журналисты, – пояснила она, – придумывают всякие нелепости. Ад, рай и прочие библейские клише – а смысла на цент. Только бы привлечь внимание. Так ты будешь слушать статью?

– Буду, – покорно согласился Марек.

Под нелепо броским заголовком оказалась банальная выдержка из городской криминальной хроники. Известный писатель покончил с собой, оставив на столе записку: «Моя жизнь лишилась смысла». Обстоятельства самоубийства расследуются. Мэр города Саарбрюккена выражает соболезнования дочери и внукам покойного.

– Странный народ эти бумагомараки, – сказала Лина. – Только чудаки-писатели пытаются отыскать в жизни какой-то смысл. И попадаются в собственную ловушку. Не понимаю таких людей, – пожаловалась она.

Марек неуверенно кивнул и поёжился. Обычно серый, как нудная осенняя морось, газетный текст вдруг окрасился для него в оранжевый цвет опасности, как будто короткое словечко «все» относилось и к нему. Писатели, художники или музыканты – каждый воспринимает мир на свой лад, но при этом каждый старается перепрыгнуть через что-то внутри себя, и ад один на всех. Ад – это пустота, в которую срываешься, если прыгнул слишком высоко...

Пользовательский поиск

Клуб 'Новая Литература' на facebook.com  Клуб 'Новая Литература' на g+  Клуб 'Новая Литература' на linkedin.com  Клуб 'Новая Литература' на livejournal.com  Клуб 'Новая Литература' на my.mail.ru  Клуб 'Новая Литература' на odnoklassniki.ru  Клуб 'Новая Литература' на twitter.com  Клуб 'Новая Литература' на vk.com  Клуб 'Новая Литература' на vkrugudruzei.ru

Мы издаём большой литературный журнал
из уникальных отредактированных текстов
Люди покупают его и говорят нам спасибо
Авторы борются за право издаваться у нас
С нами они совершенствуют мастерство
получают гонорары и выпускают книги
Бизнес доверяет нам свою рекламу
Мы благодарим всех, кто помогает нам
делать Большую Русскую Литературу

Рассылка '"НОВАЯ ЛИТЕРАТУРА" - литературно-художественный журнал'



Собираем деньги на оплату труда выпускающих редакторов: вычитка, корректура, редактирование, вёрстка, подбор иллюстрации и публикация очередного произведения состоится после того, как на это будет собрано 500 рублей.

Сейчас собираем на публикацию:

18.05: Андрей Усков. Грусть, тоска, печаль и радость (рассказ)

 

Вы можете пожертвовать любую сумму множеством способов или Яндекс.Деньгами:


В данный момент ни на одно произведение не собрано средств.

Вы можете мгновенно изменить ситуацию кнопкой «Поддержать проект»




Купите свежий номер журнала
«Новая Литература»:

Номер журнала «Новая Литература» за март 2017 года

Номер журнала «Новая Литература» за февраль 2017 года  Номер журнала «Новая Литература» за январь 2017 года

Номер журнала «Новая Литература» за декабрь 2016 года  Номер журнала «Новая Литература» за ноябрь 2016 года

Номер журнала «Новая Литература» за октябрь 2016 года  Номер журнала «Новая Литература» за август-сентябрь 2016 года

Номер журнала «Новая Литература» за июнь-июль 2016 года  Номер журнала «Новая Литература» за май 2016 года

Номер журнала «Новая Литература» за апрель 2016 года  Номер журнала «Новая Литература» за март 2016 года

Номер журнала «Новая Литература» за февраль 2016 года  Номер журнала «Новая Литература» за январь 2016 года



 

 



При перепечатке ссылайтесь на newlit.ru. Copyright © 2001—2017 журнал «Новая Литература».
Авторам и заказчикам для написания, редактирования и рецензирования текстов: e-mail newlit@newlit.ru.
Меценатам, спонсорам, рекламодателям: ICQ: 64244880, тел.: +7 960 732 0000.
Купить все номера 2015 г. по акции:
Литературно-художественный журнал "Новая Литература" - www.newlit.ru
Реклама | Отзывы | Подписка
Рейтинг@Mail.ru
Поддержите «Новую Литературу»!